width=device-width, initial-scale=1.
Четвертый батальон БВОКУ
Главная | Дневниковые записи | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 28.05.2017, 09:43
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Бакинское ВОКУ
Разное
Форма входа
Категории раздела
Наше видео [10]
Поиск

Отрывки из дневниковых записей полковника

Смазилкина Василия Спиридоновича (1924-1996)

 

Армия . Зрелая  юность, годы и года в шинели.

10 января 1942 года мне исполнилось 18 лет. Я настоящий гражданин своей страны, взрослый человек, потенциальный защитник Родины. Я учусь в 10 классе в п. Эртиль Воронежской области, куда летом перевели отца секретарем парткома сахарного завода. В этом году меня наверняка призовут в армию – Красная Армия несет большие потери, мечту об институте придется отложить до лучших времен. В середине февраля меня, Ершова, Бурданова, Приходюка  вызвали в военкомат и приказали пройти медицинскую ко­миссию. Пришла разнарядка  в военное училище на тех, кому уже исполнилось 18 лет, ждать до июня окончания школы нельзя, обстановка войны этого требует, Красной армии нужны командиры. Прошли медицинскую комиссию. Ершов, Бурденов и я оказались годными, Толика Проходюка забраковали.

16 февраля 1942 года Вот мы и в пути. Сидим на станции Оборона, ждем поезд на Поворино. Ждем и вспоминаем вчерашние и сегодняшние события. Вчера в школе ребята собрали вечер. Выступали дире­ктор, учителя, представитель района, от ребят - Левка, от девчонок -Галя. Мы были в центре внимания. Конечно, было нам было приятно, радостно, но в тоже время сердце сжимала тоска. Выступали и мы. Поблагодарили за внимание, за теплую обстановку проводов, заверили, что будем достойными воинами, будем честно и самоотверженно служить в Красной Армии, защищая нашу Родину. Пообещали  помнить школу, своих учителей, товарищей, школьную дружбу. После выступления были танцы. Но всем же было как то не себе. Больше сидели в сторонке своей компанией и говори- говорили ... Что и о чем говорили сейчас не помню, у девчонок нашего класса глаза были грустные со слезами. Мы видели , что они жалеют нас, думают о нашей судьбе. Потом стали прощаться. Все жали нам руки, обещали прийти к оправке поезда, проводить нас на станцию. Мы бодрились, расставание было тяжелым, нерадостным. Сегодня с утра дома стали собираться. Поезд из Эртиля на  Оборону отходил в 16 часов. Время еще было, на дорогу собрали мне мешок с продуктами, из одежды - теплый ватник, ватные штаны, на ноги-валенки с калошами, поверх ватника отец отдал свою шинель. Снаряжен был хоть куда -  одет, обут, продуктов на неделю. Обедать сели всей семьей, стол праздничный с выпивкой. Отец произнес напутствие, мать и сестра Роза всплакнули. Тяжело было расставаться с семьей, особенно с матерью. И вот мы на станции у поезда. Провожать нас пришли  все родственники, соседи, товарищи, друзья и весь 10-и класс. Поезд тронулся, застучали колеса, а мы еще долго стояли на подножках вагона и махали шапками... В горле комок.  Вот мелькнуло лицо матери,  оно все в слезах. Губы  дрожат, что-то шепчут... А глаза... материнские глаза,  полные любви, скорби и надежды... Разве забудешь их! И хмурое, серое с сжатыми губами и печальными глазами лицо отца. 

23 февраля 1942 года

Сегодня праздник - день Красной Армии. Я уже курсант Ульяновского Краснознаменного танкового училища имени Ленин, будем обучаться на командиров тяжелых танков КВ-1. Сегодня  с утра в торжественной обстановке мы приняли военную прис ягу. Когда я с винтовкой в руках читал текст военной присяги, а потом подписывал ее, почувствовал величайшую ответственность и долг перед народом, перед  страной. За тысячные секунды пронеслись образы семьи, школы, сведения о ведущейся  войне, разрозненные понятия о Родине. Кто придумал этот церемониал торжественного акта принятия присяги? Надо будет прочитать, наверное,  хорошо понимающие душу и сердцу людей. Итак, я воин. Все эртильцы попали в одну 4-ю роту. Ходим остриженные, в военной форме и не узнаем друг друга. Училище наше расположено в центре города, занимает много зданий и  большую площадь. Оно одно из старейших военных училищ Красной Армии, танковым стало в начале тридцатых годов. Многие выпускники училища  - Герои Советского Союза, участники битв на озере Хасан, на реке Холхин-гол в Финляндии. Аудитории,  классы, лаборатории, специальные кабинеты оборудованы по последнему  слову техники. Имеется большая светлая столовая, красивый клуб, огромнейшая библиотека, спортивные залы, военная поликклиника. Но всего мы еще не успели увидеть и узнать. Прибыли  мы сюда 21 февраля. Добирались долго. Из Поворино до Пензы ехали в товарняке. От Пензы до Саранска - в битком  набитом пассажирском поезде. И лишь от Пензы до Ульяновска ехали в хорошем пассажирском  вагоне, просторно, хорошо. Путевых впечатлений очень  много. Столько видели людей, комичных  и драматичных эпизодов, новых станций, городов.  Особенно врезались в память впечатления  от езды в товарном вагоне от Поворино до Пензы. Устроились мы в  этом вагоне на дощатых нарах. Народу было очень много, поэтому люди спали днем и ночью по очереди. В вагон собрались самые разнообразные люди - молодые солдаты, раненые,  побывавшие в боях и теперь едущие из госпиталей на побывку, призывники, колхозники, женщины, старики. Поезд тащился медленно, нудно, на больших станциях стоял подолгу. В вагоне стояла железная печурка. Чтобы ее топить, надо было  "добывать" дрова, уголь. И молодежь на остановках бегала в поисках дров для печки. В вагоне было дымно и то жарко, то холодно. Какой-либо лампы в вагоне не было. Даже днем стоял полумрак. Что было делать в таком "погребе"? А ехать ведь надо долго... И вот родилась идея устроить в вагоне художественную самодеятельность. Идею подал старший лейтенант, по профессии, как потом выяснилось, инженер-строитель, теперь же военный, призванный в армию из запаса. Пожилой лет 40-45-ти грузный, с виду мешковатый, он оказался просто кладом. Как-то сразу и незаметно он стал душой и признанным начальником для пассажиров вагона. Он был энергичен, бодр, остроумен, умел подшутить, подбодрить, подхвалить. Все его распоряжения выполнялись охотно, быстро и неукоснительно.  Старший лейтенант оказался образованным и начитанным человеком. Много рассказывал, читал стихи, поощрял других, рассказы его были умны и интересны. Сам рассказчик воспринимался  как человек умный, наблюдательный, думающий, прошедший большую жизненную школу и вызывал у всех уважение и симпатию. Рассказывали и другие разные истории и анекдоты, пели всем вагоном песни. Самодеятельность, благодаря стараниям и руковод­ству  старшего лейтенанта, получилась интересная,  и мы весело ехали в дымном, прокуренном вагоне. Произвел на меня впечатление политрук, тоже ехавший с  нами до Пензы. Раненый  с оторванной, и отрезанной в госпитале  ногой, он ехал домой. Нога до конца еще не зажила и беспрерывные   боли приносили ему страдания. Днем он, стиснув зубы, крепился, в общении как-то забывался, а ночью часто стонал. И несмотря на свою боль, на изнуряющие мучения, был приветлив,  добр, общителен. За время нашей поездки я встретил много интересных и ярких людей. Когда мы прибыли в училище, нас сначала поместили в карантин.  Сразу же туда нагрянули десятки курсантов. Они обступили нас, рассказывали  об училище, о порядках, расхватали  остатки запасов еды в наших "сидорах". Посоветовали, все, что можно из одежды и других вещей продать, так как мы все получим военное, а все гражданское отослать не представляется возможным. Наслушавшись таких советов, мы раздали всю свою снедь и распродали свое имущество, конечно, в полцены случайным люд ям, которые подходили к карантину и, которые, возможно, на этом что-то зарабатывали. Находясь в карантине, мы сдали вступительные экзамены - сочинение, диктант и выполнили письменную работу по математике. Затем прошли медицинскую и мандатную комиссии. 22  февраля нас постригли, помыли в 6aнe, обмундировали и из карантина перевели в "казарму". В казарме каждому показали место и постель. Все постели расположены на двухярусных деревянных нарах. В постель входят матрац и подушка, набитые соломой, две простыни, сменная  наволочка, полотенце и одеяло. Все постельное  белье, как говорят здесь,"бывшее в употреблении". Зато каждую неделю после бани все постельное белье меняется. При казарме имеется  теплый туалет, умывальник, каптерка, ленинская комната. Питание здесь хорошее, меню разнообразное, но порции  очень малы. И, конечно, мы не наедаемся. Вот почему в карантине нас с нашими сидорами так любезно встречали многочисленные курсанты.

27 февраля 1942 года Приступили к занятиям. Занимаемся по 8 часов и два часа  должны еще заниматься самоподготовкой. Здесь строгий распорядок дня. Поднимаемся в 6 часов утра, затем выбегаем на улицу на мороз  и ветер заниматься физической зарядкой, далее идет  умывание по пояс, бритье, подшивка свежих подворотничков, чистка до блеска сапог, заправка коек, утренний осмотр На  утреннем осмотре проверяют все ли мы на месте, затем обязательно смотрят внешний вид - бритье, чистоту подворотничков,  начищенность  пряжек ремней, пуговиц, сапог. За малейшее упущение провинившегося выводят из строя, ставят его на обозрение нам всем, делают ему "разнос" (пристрастное внушение) или наказывают. Завтрак в 7.30, обед в 14.30, ужин - в 20.30. Разрыв в принятии пищи - 6 часов. Занятий много, предметы обучения самые разнообразные, основные следующие - политподготовка, тактика, огневая подготовка (материальная часть всех видов оружия, стрельба из всех видов оружия,  техническая подготовка (материальная часть танка),вождение танков, вождение колесных машин, инженерная подготовка, радиосвязь, военная топография, противохимическая подготовка, строевая подготовка, физическая подготовка. По ряду предметов меня уже спросили. Получил пятерки, командир взвода лейтенант Подшибякин похвалил перед строев, командир отделения сержант Макаров ( из старослужащих, служил  еще до воины) стал относиться уважительней, теплее. Трудностей в учебе не нахожу,все дается мне легко. Но физическое  напряжение большое. Видимо,  недоедаем.  Вечером после прогулки (опять без шинелей по морозу)  и вечерней  проверки засыпаю, как убитый. Хотя сон у нас вроде бы достаточный – 8 часов,  совершенно не высыпаюсь, сильно устаю. Написал письмо домой и отослал 350 рублей за проданные вещи. Скучаю по дому, по школе, по друзьям. 

10 марта 1942 года После напряженных занятий, наконец-то пустили нас в  увольнение. Сегодня воскресный день. Посмотрел город, побывал  в музее В.И.Ленина. I Город Ульяновск - небольшой, в основном, деревянный, одноэтажный. Лишь в центре имеются каменные 2-3 -х этажные здания. Трамвая нет. По главным улицам ходят немногочисленные автобусы. Город расположен да крутом правом берегу Волги, много зелени. В целом,  Ульяновск довольно живописен, по-своему  красив. С высокого берега открывается чудесный вид  на заволжье. Могучая Волга с островами, рукавами, лесом до го­ризонта  непередаваемо прекрасна. Ходишь по городу и невольно переносишься в старину. Все здесь связано с историей. Ульяновы, Ленин, Гончаров, Карамзин, Степан Разин.  Когда я  в входил в Дом-музей Ленина, сердце начало  гулко биться. Каждая  вещь в доме, каждый кусочек пола, стены, мебели, портреты, старые дореволюционные географические школьные кар- -все напоминало о Ленине. Посмотрел внимательно весь  дом, все помещения, все экспонаты. Выслушал все пояснения экскурсовода. Осталось сильное неизгладимое впечатление.  Да, Ленин был гигант, величайший мыслитель ,ученый, народный вождь. В то же время он, как никто, мог сочетать величие дум, замыслов, деянии с обыкновенной человеческой жизнью. Он был "самый человечный человек", исключительно доступный, скромный. Миллионы людей любили его как самого дорогого, близкого человека, ласково называли его Ильич. Никто до Ленина не пользовался на Земле такой огромной  народной  любовью сотен миллионов людей, как он, Ленин. И теперь в суровую годину войны, мы вновь и вновь обращаемся к памяти Ленина,  его трудам, его делам. Вся жизнь, деятельность В.И.Ленина доказывает нам, что никакой враг, никакие силы не смогут победить народ, если его дело справедливо. Посещение дома-музея Ленина влило в меня новые силы. Как бы тяжело мне не было, здесь в училище - все вытерплю, все перенесу, но  буду  красным командиром. Родине, народу нужны знающие, умелые командиры-танкисты. И я буду  таким командиром. 

15  марта 1942 года Зима в этом году очень холодная. Приходится мерзнуть и нам. В классах, аудиториях и в казарме холодно, топят слабо. Не хватает угля, дров. Мерзнем на улице, холодно в помещениях. Немного согреваемся только во время приема пищи  и в постелях. Кроме одеяла, укрываемся еще шинелями. Утром, при подъеме, вставать так не хочется. Слово-сигнал "подъем" самoe вредное... А вставать надо. И не просто вставать, потянуться, размяться... А надо вскочить быстро,  моментально одеть брюки, гимнастерку, сапоги и, ломя голову, встать в строй. После построения бежим на двор, на мороз. 30 минут бегаем, делаем разные упражнения. И все на ветру ,в хлопчатобумажных костюмчиках. Зуб на зуб не попадает. Когда заканчивается эта чертова физзарядка - мы несемся в казарму быстрее вихря. Потом завтрак. Мы недоедаем, порции  очень малы. Они не восполняют энергию, затрачиваемую на занятия, на преодоление холода, не могут утолить нашу постоянную проголодь. И вот мы хитрим, кудесничаем, пытаясь обмануть свой желудок. В миску со вторым блюдом крошим часть хлеба, наливаем туда чай. Получается какое-то месиво, по объему оно кажется большим, ешь его дольше. Обманываются  глаза, но желудок не обманешь. Как не комбинируй, порция от этой алхимии не увеличится, калорий не прибавится. После завтрака идем на занятия. Большинство занятий на улице, в поле. Шинелишки у нас старенькие, плохие, без теплой подкладки. Ветер продувает их насквозь. Страшно, неимоверно холодно. То и дело хлопаем себя руками по бокам и ногами - нога об ногу, притоптываем, приплясываем. Очень много усилий требуется, чтобы при таком холоде внимательно  слушать объяснения преподавателя. Учеба здесь -это тебе не наша добрая школа. Там в теплом классе, сытый, выспавшийся. А здесь... Да, что говорить! Разве можно сравнивать мирную школу и военное училище? Во время перерывов любимая тема разговоров – воспоминания о довоенной жизни и, конечно, о       разных кушаниях.  Сами занятия не сложны. Тяжелы и изматывающи  физическое напряжение ихолод. .Hо надо терпеть, надо заниматься, готовимся-то мы для фронта, для боев... А там в десять раз труднее. И ничего - люди воюют и побеждают. «Надо в горестях окрепнуть, словно каменный утес».

22 апреля 1942 года Наступила весна. Снег давно стаял. Просохли мостовые,  тротуары. Солнышко, когда нет ветра, хорошо уже прогревает, в перерывах между занятиями мы любим понежиться под его лучами. Разлилась Волга. Небо голубое-голубое и высокое. На душе стало как-то веселее, радостнее. Занятия идут полным ходом. Мы уже отстреляли все упражнения из винтовки, ППШ, ручного пулемета, из  пистолета ТТ, тренируемся в стрельбе из танка, изучаем материальную часть пулеметов, танковой пушки, оптических прицелов. По технике изучили  двигатель танка со всеми его системами. Отводили два упражнения  по вождению автомобиля, по тактике уже изучили действия  танка в наступлении, в обороне, на марше, приступили к  изучению действий танкового взвода во всех видах боя.  Преподаватели у нас хорошие, знают свое дело. Особенно мы уважаем и  ценим воентехника первого ранга Гаркуна- препо­давателя материальной части танков, старшего лейтенанта Васина - преподавателя огневой подготовки, капитана Елисеева - преподавателя тактики. Занимаюсь я отлично. Все преподаватели хвалят меня и часто  ставят в пример. В учебе я не испытываю затруднений, все дается мне легко, ведь все чему нас учат, в сущности, не сложно. Требуется лишь внимание на самих занятиях и систематическое повторение на самоподготовке. За прошедшие 6,5 месяца наш взвод сдружился, теперь мы уже хороши знаем друг друга, появились близкие товарищи -  Алексей Гужва, Николай Бубенов, Федин, Воронцов, Бочаров, Коля Толин. Наиболее близок мне Алеша Гужва. Он из Кантемировки Воронежской области. Ростом с меня, носит маленькие усики. Голос у него тихий, движения медлительные, характер спокойный, уравновешенный. Учится хорошо. Помощником командира взвода у нас старший сержант Смирнов, отделениями командуют сержанты Труфанов и Макаров. Все трое  служили еще до воины. С начала воины были призваны, служили в разных частях и вот теперь учатся в училище.  Образование у них неполное среднее (5-6 классов). Общее развитие слабое, но имеют определенный жизненный и служебный опыт. Tруфанов  и Макаров женаты. Учеба дается им нелегко. Эти сержанты у нас, юнцов, как дядьки, учат нас уму-разуму в военной жизни. Конечно, мы уважаем их и слушаемся, а в учебе помогаем.  Командиром взвода у нас лейтенант Семен Подшибякин. Ему 26 лет.  До войны был командиром отделения, потом окончил училище, стал лейтенантом. Высокий, стройный, красивый он очень нравится нам. У него прекрасный характер. Скромный, отзывчивый всячески старается облегчить нашу суровую жизнь. Ничего лишнего не требует, только то, что крайне необходимо по службе. Командир нашей роты            старший лейтенант Бейль. Низкого роста, стройный, всегда тщательно отглажен, подтянут. В роте мы его видим редко и, когда он появляется, всегда передается почтительный  слушок: "Прибыл старший лейтенант Бейль". Батальоном командует подполковник Коробейников, внешне грозный, но в сущности добрый и отзывчивый. Начальник училища генерал Кашуба - Герои Советско­го Союза герой финской войны. Там он потерял ногу, сейчас ходит с протезом, а иногда и на костылях. Высокий, полный, с черными глазами. До войны, в 1937-38 гг. был военным атташе в Чехословакии в финской войне командовал танковой бригадой. Умен, хитер. Решительный, волевой.  Все в училище его очень любят.  Много в училище хороших достойных командиров, есть с кого брать пример, у кого учиться.

Следующая подстраница "Лето 1942 года"

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Фотоальбом
Наше видео
[28.09.2014][Наше видео]
Документальный фильм о БВОКУ 1974 г. (2)
Книга о БВОКУ

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz