width=device-width, initial-scale=1.
Четвертый батальон БВОКУ
Главная | Наряды от старшины | Регистрация | Вход
 
Вторник, 25.04.2017, 01:45
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Бакинское ВОКУ
Разное
Форма входа
Категории раздела
Наше видео [10]
Поиск

Наряды от старшины С.С.

Полковник В.В. Рекубрацкий –

выпускник БВОКУ-1972

      При слове «наряд» у большинства  людей обязательно родится ассоциация с какой-то вычурной, обязательно праздничной одеждой от некоего кутюрье. Сам собой явится образ Славы Зайцева, весь наряженный такой с бантиками, брошками и рюшечками.

    Однако наряды от старшины С.С.  совсем не то, что могло показаться.       

     Поясню для несведущих о каких нарядах пойдёт речь.  В армии наряд – это форма наказания нерадивых рядовых военнослужащих. Провинившегося, как бы торжественно наряжают, на отбытие наказания.  Выглядело это так.      

      Звучит: «Такой-то выйти из строя», - затем  краткое «вступительное» слово о том, что там совершил этот негодник, потом  старшина командует: «Рота! Равняйсь, смирно! Курсанту Пупкину за неправильно подшитый подворотничок - один наряд на работу! (ох уж этот разгильдяй Пупкин, вот уж преступлений  насовершал).  Получить таких нарядов можно было от одного до пяти.  Принеприятнейшее  сообщу я вам мероприятие – схлопотать наряд хоть на работу, хоть на службу. Процедура эта  торжественно-устрашающая.  Чуть жиже, конечно, чем средневековая казнь, но всем страшно. Провинившемуся само собой-страшно. Остальным тоже страшно, а вдруг и мне такое суждено, но и радостно: не я!

     В училище существовала практика назначения к первокурсникам старшины и четырёх зам.ком.взводов  их числа курсантов выпускного курса. 

    Выгода для всех абсолютная, ну кроме первокурсников. Командиру роты хорошо. Назначенцы эти уже практически офицеры и учить их ничему не надо. Выпускникам тоже хорошо. Год можно практиковаться в руководстве подчинёнными. Начальниками, хоть и маленькими у первокурсников быть лучше, чем рядовыми курсантами на своём же курсе. Вот у первокурсников могут быть сложности. Если старшина и зам.командиров взводов без закидонов, то хорошо. Такие и опыт передадут и поддержат в трудную минуту, а если  у них голове тараканы – дело швах!

    Теперь собственно о  старшине С.С.  К ваффен СС  мой старшина имеет такое же отношение как наряд кутюрье к наряду на работу или службу.

    Старшина С.С. - это курсант 4 курса и старшина  роты первокурсников БВОКУ, а С.С.  его инициалы. Хотя случись моему С.С. оказаться в этих самых ваффен, камрадам   краснеть за него не пришлось бы. Характером С.С. обладал нордическим. К врагами воинской дисциплины беспощаден.   Хороший строевик, спортсмен. Первое впечатление от  старшины роты  С.С.: именно таким и должен быть старшина. Раньше всех проснулся, позже всех лёг. Всегда подтянут, бодр, распорядителен. Осанка, голос, интонации, внешний вид - командирские. Ходячий  лозунг: «Делай, как я!». Чего ещё нужно от старшины?  Всем вышел в старшины. Вот при более подробном «знакомстве» выявлялся один дефектик. На  «милом» личике С.С. ясно отражались «тараканьи бега в голове» в виде глубочайшее презрения ко всем людям, а к первокурсникам в особенности. Благо бы презирал только первокурсников, мы ему, конечно,  доставляли определённый дискомфорт и понятно почему. Но своё презрение он пытался перенести и на офицеров роты.  Взводных он со временем в грош  ставить перестал. Они были в его понятии слабаками.  Как-то раз, будучи в наряде по роте, пришлось мне быть невольным свидетелем, как ротный, достаточно опытный  майор, втолковывал старшине С.С. что-то относительно излишней требовательности, переходящей в самодурство. Судя по всему искомой цели он не достиг и   был тоже причислен к слабакам взводным. После этого  С.С. решил, раз кругом одни начальники-неумёхи, то кто же, как не он будет воспитывать первокурсников, наставлять их на путь истинный? И в этом многотрудном деле  он преуспел, проявляя  инициативу и изобретательность.

     На первом месяце учёбы довелось и мне нарваться на наряд на работу. Расстройство было умопомрачительное! Как же, вместо отхода ко сну в 22 часа, надо заниматься очень неприятными делами: чистить, драить и т.п. и так до 2 –х часов ночи, а подъём всё равно в 6 часов! Однако в 22 часа после поверки меня из строя не вызвали и ничем не «отоварили». Ха-ха ничего не случилось! Ура ложусь спать! И завтра и послезавтра - ничего! Никак старшина забыл! Вот удача! Когда через неделю, тревога прошла, в 21.59 раздался гром небесный!

- Курсант  Рекубрацкий! Выйти из строя!

Худших ощущений, чем в то мгновение, в жизни не пришлось испытывать, хотя каких только приключений не случалось за годы службы.

      Земля разверзлась, небо грохнулось на мою головёнку, в ушах погребальный колокольный звон! Захотелось прыгнуть на старшину, вцепиться в глотку и перегрызть её. Спасла ситуацию мысль, что за этакое дадут много и не нарядов, а лет! Небеса встали на место, звон утих, осталось горькое сожаление о потерянном сне. Как же хотелось тогда спать… и такой облом.

     Через четверть часа  я  и ещё несколько  моих товарищей    оказались в кухонной овощерезке перед огромной кучей репчатого лука. Вот тут я впервые познакомился с истоками пресловутой дедовщины. Оказалось, в наряде по кухне стояла рота нашего старшины С.С. Само собой чистить лук выпускникам не хотелось, и они «выписали» себе помощь. Старшина ничего не забыл, а  за несколько дней накопил нарядчиков и в нужный момент выдал их «на-гора».

      А я-то, простофиля, подумал, что у старшины склероз, забыл он обо мне. Энтузиазма это открытие  не предало и без нужного старания мы приступили к чистке лука. Дурашки, мы решили, что поковыряемся тут в полудрёме и в 2 часа пойдём спать. Лук, как сейчас помню, был первосортный! Большой, размером  с кулак!  Выданные нам дежурным по кухне орудия труда - ножи были тупее тупого. Это такая наша армейская традиция. Если бы выдали нам топоры - рубить, пилы - пилить  или ломы – долбить,  то они тоже бы были тупыми. По мере накапливания очищенного лука усиливался  и его запах, слёзы извергались из очей по типу маленького водопада…..   К 2.00 лук был почищен процентов на 60. Как уж училищные кулинары соблюдали технологию приготовления пищи в тот день? Кудесники черпака могли бы, если захотели, вообще обойтись без лука, обходились же они иногда без части тушёнки и  мяса. Тем не менее, задерживать дежурный по кухне нас не имел права, и  спать мы отправились, но не с пустыми карманами. Нет, лука мы не набрали, на кой он бес нужен?

Провонялись луком так, что даже утром разило от меня за три версты.  В кармане  у меня была записка от дежурного по столовой, адресованная старшине С.С.   В ней сообщалось, что работали мы плохо, задание не выполнили, и в назидание  следует нам ещё выдать по нарядику на работу для развития трудовых навыков и ответственности за порученную работу. За С.С. не заржавело. Поутру, ознакомившись с запиской, в соответствии  с процедурой «наряжения» в наряд,  сказав краткую  речь, С.С. нас  опять туда же и отправил.  День в тоскливых ожиданиях прошёл очень стремительно и после 22 часов всё повторилось: овощерезка, лук, тупые ножи и глубокая тоска. Лука, правда, было меньше, чем намедни, но работали мы опять спустя рукава, и к двум ночи нечищеного лука осталась изрядная куча. Всё бы обошлось, но шайтан принёс начальника столовой старшину сверхсрочника Али-заде. Тот был всем не доволен, всех наказал, в том числе и нас, убогих. Утром всё повторилось, правда речь старшины С.С. была длиннее. Он предлагал всем посмотреть на этих аспидов рода человеческого, которые думают, что здесь мамин-папин дом, что на кухню их послали пирожки кушать, а не лук чистить! Это практически  военные преступники недостойные, всего, что только есть  светлого на училищной территории.  Достойны они ещё  одного, уже третьего наказания. В этот момент в голове окончательно укрепилась мысль, которая вчера у кучи лука только зародилась. Воинская дисциплина - это, нет, не строгое и точное выполнение всего и вся - это как и Пушкин, наше ВСЁ!!! Она даже  главнее Пушкина! Пушкин никуда не нарядит, почил дуэлянт,  а дисциплина в лице старшин С.С. и Али-заде может так нарядить, что мало не покажется!!! Судя, по всему такая ценная мысль, осенила все головы в нашей бригаде, потому как, не сговариваясь, мы   как один обзавелись острейшими ножами.    

   На этот третий раз нам подфартило: лука было ещё меньше, ножи остры, а шайтан с Али-заде на кухню не явились. В общем, луковыми миазмами смыли  мы с  себя  скверну нарушителей воинской дисциплины и влились в дружную и дисциплинированную семью однокашников. Мне хватило трёх экзекуций, чтобы больше не… Чего больше «не»? Не нарушать воинскую дисциплину вообще?  Это не возможно! Ведь военнослужащему запрещалось все, что свойственно человеку, особенно 19-20 годов! Разрешалось только точно и в срок выполнять приказы командиров и начальников, не спать,  учиться и  работать, ходить строевым шагом или бегом, соблюдать очень неудобную форму одежды, не хотеть  в увольнение чаще одного раза в неделю. В увольнении, если случиться, спиртные  напитки, пиво и т.п. положено было ненавидеть, как фашистскую Германию.  Пить, курить, разговаривать, оправлять естественные надобности  можно  было только в соответствии с распорядком дня и другими регламентами. Как такое можно реально осилить?    

      Кто-то из великих изрёк неофициальный лозунг, достаточно часто цитируемый командирами и начальниками: «Воинское преступление начинается с расстёгнутого подворотничка». Поэтому любое отклонение от разрешённого - это грубое нарушение воинской дисциплины, почти воинское преступление и в интересах провинившегося, чтобы уберечь его от более тяжких провинностей,  карать подлеца очень растяжимыми карами,  и со всей «революционной ненавистью».  Как захочет старшина С.С., так и накажет.      

      Наказывать С.С. любил,  хотел и наказывал и направо, и налево. Всевозможные кары вылетали из него, как тараканы из разворошенного кубла. Поэтому если нельзя быть рафинированно дисциплинированным, надо быть  хитро-дисциплинированным и   не попадаться. Чтобы дойти до этой  мысли кому-то,  профилактических экзекуций в виде нарядов,  потребовалось и меньше, чем мне, а кому-то больше. Про тех, кто из группы «меньше» вспоминать не буду - пресные они ребята, а вот рекордсмена из группы «больше» вспомню.

     Был в моём взводе кадет-семилетка с уникальной кличкой. Для некой интриги, что ли, пока не буду  упоминать какой. Перед «раскрытием карт» попытаюсь хотя бы поверхностно проанализировать источники кличек. Все они просты и вытекают из каких-нибудь личных физических особенностей  или особенностей имен и фамилий. Рыжеволосый – это Рыжий, высокий и худой - Дылда, толстый – по-бакински Толый или Гямбул, субтильный - Смак, физически сильный и без внешних признаков интеллекта - Крокодил, а ещё - очкарик  и прочая, прочая.  Козлов, Борщев, Лукьянов - это КозЕл, Борщ, Лука и т.п. Фамилии и имена бурсаков «породили»  созвучные девчачьи имена: Ева, Ванда и Даша! Под этими милыми женскими именами были вполне брутальные представители сильного пола без признаков аномальных отклонений. По нынешним временам эти орлы  бились бы насмерть с придумщиками таких псевдонимов, но тогда это звучало как-то оригинально и без подтекста. Были клички абсолютно бессмысленные: Кичак, Стива, Калёля, что это?  У моего же  рекордсмена кличка, ещё с его кадетских времён, была свободна от всех вышеперечисленных и не перечисленных признаков. Коллективный разум малолетних проказников-суворовцев бывает очень точен и порой безжалостен к слабостям отдельных индивидов. Казалось бы, счастливым обладателем  клички нашего рекордсмена мог быть служивый, к которому обращался Суворов: «О, воин, службою живущий - читай устав на сон грядущий! Восставши ото сна, читай усиленно устав!» Вроде ходит по суворовскому училищу кадет с уставом в руке, в любую свободную минуту сверяет свои действия по написанному и бубнит что-то уставное под нос себе. Просветляется сам и несёт истинный свет, полученных из устава откровений, товарищам. Вот тебе и соответствующая   кличка - Устав! Валера Устав! Чёрта с два, тут всё с точностью до наоборот!  Валера-Устав и устав, как сборник воинских требований,  были  «два берега у одной реки - Суворову и другим командирам, вопреки». Во внутреннем мире Устава была какая-то загогулина, которая   не позволяла ему делать то, что нужно делать в данный момент. Отбой - нужно спать. Устав не может уснуть. Лежать молча тоже не получается. Подъём! Не может проснуться. Нельзя курить, а очень хочется, значит можно. В увольнении раздавить бутылочку - да с толстым удовольствием. Нельзя ушивать форму особо изощрённым способом! Кому и нельзя, а Уставу можно! Надо ли говорить, что Устав был объектом приложения всех форм наказания от выговоров до содержания на гауптвахте. 

       Эти экзекуции порой  приводили Устава  в состояние почти крайнего изнеможения:  блеск в глазах исчезал, плечи опущены,  щеки почти мёртвенно белы, под глазами  тени. Организм сдавался, нужно отдохнуть, собраться силами. При этом душа же  «отступая по кутузовски (со спичками) витала где-то в пригородах «Москвы» - ждала удобного момента». Командиры-воспитатели видели только материальное: понурый, сдавшийся организм и радовались победе военной педагогики. Однако приходил момент  и  отдохнувшие мышцы с союзе с душой издавали боевой клич, зовущий Устава к новым бедокурствам. Памятник великой победы военной педагогики над самым стойким разгильдяем с грохотом валился на бок.

      Не указ Уставу, даже и  старшина С.С., самый старшинский из всех старшин.  В ретроспективе можно только воскликнуть: «Вот бы Уставское  упорство да в «мирных целях!».  Быть ему большим енералом!» Вся же остальная братия, не обладая упорством Устава,  была старшиной С.С.  капитально затуркана. Старшина С.С. - это типичный энергетический вампир,   просто высасывал энергию из курсантов, подавляя волю. Приказал бы броситься на амбразуру или с гранатой под танк - бросились бы, да ещё с воплями благодарности за оказанное доверие. В принципе за эдакое  ему положена звезда  Героя и всеармейская слава во веки веков, а вот за глаза С.С. очень не любили, а то  и ненавидели. В день, когда лейтенант С.С. покинул стены альма-матер курсанты испытали  радость, сопоставимую с радостью военнопленных освобождённых  Красной Армией от немецко-фашистских извергов. Когда радость расставания рассеялась, а рассеивалась она долго, и рассеялась у меня полностью уже  после окончания училища, возникло несколько соображений по поводу  визави.

Во-первых, почему в войсках  не водятся  старшины С.С.? Ведь явно востребованы!

Во-вторых, а раз в войсках старшина  С.С. нужен, то почему  был  так не любим  бурсакским сообществом?

В-третьих,  как далеко по служебной лестнице он взберётся, обладая продвинутыми командирскими навыками,  и не придётся ли мне снова под его руку угодить?

       Время оно не только лечит, но ещё и даёт, рано или поздно, ответы на все вопросы. Мне такие ответы и были в своё время отпущены. Оказалось, что тип старшины С.С. в войсках не водится. Почему не водится? О, это тема длинного разговора и здесь для него нет места. Не любили старшину С.С. из-за того, что воинскую дисциплину он сам  не почитал надлежащим образом. Главным образом любовь С.С. была направлена на  процесс насаждения воинской дисциплины, а это начальная фаза садо-мазохизма. К счастью, послужить под руководством С.С. не случилось, но в связке «слушатель – преподаватель ВАФ» соприкоснулись.

       Для старшины С.С. с его задатками,  преподавательство  – это, на мой взгляд, не вариант.  Хотя с другой стороны: что нужно человеку для счастья? Лучше моджахеда   Абдулы, оппонента тов. Сухова,  на этот вопрос никто не ответил, повторяться не буду. Так  всё, что упомнил Абдула,  полковником С.С., уверен, было в своё время  обретено, ну разве что без фазанов. Редкий фазан долетит до Плющихи.

P.S. Вот, в общем-то, и всё, что хотелось вспомнить про один из эпизодов училищной жизни. Складно, правдиво получилось?  Судить не мне. Соглашусь, что опус мой обладает массой недостатков и возможно не содержит интересных фактов, а что-то и «переврано». Прошу простить за это всех, кто усмотрит, что-то обидное для себя. Как и любой человек, я не могу быть не пристрастным,  не судите строго.

 

* * *

О вреде анекдотов и баек

Полковник В.В. Рекубрацкий –

выпускник БВОКУ-1972

 

         Байку «Товарищи курсанты! Сегодня проводил строевой смотр тумбочек. И что вы думаете? Захожу в одну тумбочку, а там, извините за выражение - носки нестираные лежат. Захожу в другую - а там - книжка художественная валяется», -  я, конечно, знал и сам над ней потешался. Причем  с этой байкой  знаком я со школьных лет. Слышал её  от курсантов, коих во дворе было полным-полно, и от них же знал, что самый высокий комбат в училище - большой чудак.     

        Вместе с тем  комбата (буду называть его К.) я мог  наблюдать и в неформальной обстановке, в компании отца, жили-то в одном доме. Абсолютно нормальный дядька. Ну, думаю, врут курсанты, да и дело с концом.

        В стенах училища тема вернулась, хотя этот офицер моим комбатом и не был. 

Некоторые «активисты» в нашей роте удумали написать сборник историй от К. , ну и что-то так накарябали. Ржали над их «трудами» все и я в том числе, но я-то, в отличие от других, К.  как бы знал, ну не мог он такого брякнуть. Спрашиваю «афтороф»:

       -Вы записали это из  первоисточника? Сами слышали? Или как?

        Всегда было:  «или как». Кто-то, где-то на посиделках, что-то  рассказал,  а от самого К. - нет, не слышали. То есть человеку приписали то чего, он не делал и не говорил, или говорил, но переврали до неузнаваемости. 

        Такая ситуация мне казалась достаточно «кривой» и  захотелось в ней разобраться, хотя бы для того чтоб самому в такое не попасть в будущем. 

         Не  скажу, что это было прямо  исследование, нет, конечно, но выводы или их штришки сделаны были правильные и хочу надеяться, что мне это пошло на пользу.

        Итак, задался я вопросом: как случилось, что  миф о К.-чудаке отделился от реального К. и стал жить отдельной жизнью?  Выяснил, что всё дело в природе комбата. Увы, он не был красноречив, ну негде было ему  совершенствоваться в изящной словесности. Силой видать обладал немеряной, но из-за  этого выглядел несколько коряво, хотя отличный строевик и физкультурник. 

       Осознавая эти чепуховые недостатки он, видать, слегка, как бы сейчас сказали - комплексовал и пытался их скрыть. Получалось  не натурально, особенно, когда он начинал волноваться.

-Товарищ курсант! - Комбат К. сам принимает строевую стойку. Корявость, как ему казалось, исчезает. С одним  недостатком уже  справился. Внутри идёт борьба за красноречие, пауза затягивается. Лицо краснеет. Сперва наружу прорываются отдельные звуки: междометия, какое-то бульканье и, наконец, не всегда складная речь. Неизбежный финал - наказание нерадивого курсанта.  Наказанный разгильдяй горит местью за суровое наказание, но что он может сделать против комбата? Да ничего. Этими возмущениями бы дело и закончилось.  На беду моего героя когда-то давно, очевидно в самом начале  училищной карьеры К.,  под него попался  бурсак,  или их группа, обладавшая и наблюдательностью, и буйной фантазией. Вот они-то и придумали: «…захожу в тумбочку и т.п.», запустив миф о чудаке-комбате.    

        Дальше пошло-поехало обрастать подробностями, ну, и  обросло. Вывод,  был такой: никаких поводов подчинённым давать нельзя, иначе такое понапридумывают?! Можно быть даже и оригиналом – это не повредит, но где-то есть предел, за который ни-ни. Может, К. и был таким оригиналом, слегка вышедшим за пределы?

      Вывод  о вреде излишней оригинальности подтвердили ещё два училищных персонажа: командир курсантской роты капитан Таргон и мой комбат.

       Все свои педагогические пассы Тагрон начинал с лозунга: «Я капитан Таргон из Ташкентского училища!» Далее из его речей вытекало, что Таш.ВОКУ серьёзнее БВОКУ и «Я вас таких-сяких приведу в порядок на раз!».  

      В ответ на такое вероломство, он стал так же героем всяких приписываемых ему баек, одна из которых к нему прилипла навечно. Он стал «капитаном Ташкентом из Таргоновского училища». Об  этом все помнят и  явно из-за перебора с оригинальностью.

       Мой комбат З.,  тоже оригинал, но тут всё в меру. Правильная речь, зычный голос, ладен, форма на нём как влитая, отличный строевик и физкультурник, не чужд саморекламы. Как сейчас вижу: выходит с голым торсом на холод на спортгородок на Уч-тапе. Спортивная фигура. Модельные галифе и сияющие сапоги. Делает несколько сложнейших упражнений на снарядах и с достоинством удаляется. Зрители  прибывают в полном восторге: нам бы так и в его возрасте. Какие тут могут быть анекдоты и байки?!

       Возвращусь к К. Он был заслуженный фронтовик с большим количеством наград. В числе множества его регалий было пять орденов, из них два ордена Богдана Хмельницкого! Два!  Но в «народе» болталась историйка о том, как был получен один из орденов. Если очень кратко, суть в том, что в атаке стратегической высотки, положены  три роты штрафного батальона К. Потом, под угрозой ответственности за невыполненный приказ в обход с писарями, да кашеварами высотка была им взята. Ну и мораль: сразу так, что было нельзя?  Вот, дескать, так они воевали и так их награждали.

(Воевали, не жалея себя, в кровопролитном бою отдавали свою жизнь, а высотку взяли.  Да, и не о простой высотке шла речь, а о крупном сражении -  взятии Зееловских высот. Прим. Методиста)

      В училищное время, на мой взгляд, все байки про К.,  особенно последняя, были плодом мальчишеской глупости. Но если на это взглянуть с точки зрения событий новейшего времени, то не факт, что тут глупость.   

      Общая масса курсантов  каким-то неосязаемым образом и очень быстро приводилась к общеразгильдяйскому состоянию. Быть победителем соц. соревнования, особо дисциплинированным субъектом было как-то не очень…, однокашники могли и засмеять! 

      Самовольщики, да  те, кто мог дерзить командирам, выдумать что-то занятное - вот это да, вот молодцы! Вот на кого нужно равняться. При чем такое  отнюдь не было присуще только рабочее-крестьянской КА и СА. Достаточно ознакомится с воспоминаниями графа Игнатьева «50 лет в строю», чтобы убедится, что обстановка в Пажеском корпусе и БВОКУ была один в один. Разве что князей и графов в советских училищах не было, а в Пажеском корпусе – соц. соревнования.   

     Осмеяние командиров, которые давали порой повод для этого, было реакцией на воинскую дисциплину и поиском путей облегчения своей жизни.

     В перспективе этим «орлам» хотелось переноса училищной лёгкости и в войска. Лейтенанту можно не жить в казарме, нет подъёма и отбоя, кроссов, хозяйственных работ, всегда можно хлопнуть стаканчик портвешка или ещё чего, а если какой ретивый начальник попадётся на пути, то ввернуть ему пару колкостей и зашибись.  Не жизнь, а малина.      

      В войсках же всё оказалось  по Райкину: «нужно забыть индукцию и давать продукцию». «Индукция» - привычка к лёгкой курсантской жизни оказалась такой прилипучей, что многих она  и не отпустила. Не в обиду будет сказано, но все «искатели-осмеятели» так ничего и не нашли: ни легких путей, вообще ничего, только шишек себе понабивали. Бог бы с ними с шишканосцами, «кто, за что боролся, тот на то и напоролся», но эти коллизии работали на разрушение основ! Дальше больше: среди нас оказалось достаточно много скрытых гадёнышей с памятью о дедовских «свечных заводиках», об их бендеровско-мусаватистском-дашканкским и прочем подобном  прошлом. Вот они-то и придумывали, в качестве, то ли  не мести, то ли  пакости,  всякую лабуду, используя отдельные слабости и недостатки, как достойных  людей, так  и системы в целом. Ну, и момент настал: рак свистнул, курочка по зёрнышку всё склевала, вода расточила камень, ружьё бабахнуло - чем не дорожили, осмеивали то, и растворилось «как дым и утренний туман».    

       Сейчас большинство ностальгирует. В одноклассниках есть даже тема: «Хочу в Советский Союз». Поздно! Раньше этому  большинству, в числе которого  и я, увы, «хотеть» надо было, а не   потешаться, резвясь над придуманными байками.

       После Отца Народов и придумщикам, и любителям потешаться стало веселее, и принялись они, после простых смертных,  за Хрущёва и Брежнева.   

       Представили их полными идиотами, хотя такими они, конечно, не являлись и «выплеснули ребёнка вместе с водой». Вот Горбачева придумщики как-то особо не тронули. Видать родство ощущали. Своего, «по свечному заводику» зачем обижать то?!  С ВВП тут что-то не срослось, нет обидных анекдотов, да баек.  Боятся, как  Отца с усами…

13.10.2015 г.

Следующая подстраница "Кафедра строевой подготовки

Все права на материалы, используемые на сайте, принадлежат их авторам или администратору (если статья без подписи).  Перепечатка (копирование) материалов в любом виде - только с письменного разрешения.  Для интернет-ресурсов  - без ограничений при обязательном условии: активная ссылка с указанием  наименования сайта и авторства.

 


Календарь
«  Апрель 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Архив записей
Мини-чат
Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0
Фотоальбом
Наше видео
[24.12.2015][Наше видео]
Памятная дата - 25 декабря 1979 г. (0)
Книга о БВОКУ

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz