width=device-width, initial-scale=1.
Четвертый батальон БВОКУ
Главная | Офицерская семья в 70-е годы | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 19.11.2017, 02:22
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Бакинское ВОКУ
Разное
Форма входа
Категории раздела
Наше видео [10]
Поиск

Офицерские жены

 

Открываем страницу "Офицерские жены". Как известно, успех мужа во многом зависит от жены, взаимоотношений в семье, взаимопонимания, поддержки, любви, налаженности быта, вкусной домашней еды, наконец. Роль офицерских жен в укреплении обороноспособности страны очень велика! Именно они споособствуют успешной службе офицеров, обеспечивая дома надежный тыл. Каковы были офицерские жены в советское время, как организовывали семейный быт, какие были у них увлечения и заботы?...

Приглашаем жен офицеров вспомнить годы молодости, поделиться воспоминаниями, рассказать правду об офицерских женах, жизни и микроклимате военных гарнизонов. 

 

Молодая офицерская семья в 1970-е годы

 

Баку-Цетхайн-Обозерск-Архангельск

 

Зинаида Шипилова

 

О своей  женской судьбе в юности я не задумывалась, рано еще было. Главной  была учеба в школе, хорошие отметки, потом  спорт, подруги и семья. Но судьба сама нашла меня…

 

 

В праздничный день 7 ноября 1966 года мы с подругой Лидой, десятиклассницы,  упросили родителей отпустить нас на салют, а, именно, на Приморский бульвар, где собиралось большое количество зрителей,  и был самый красивый в городе салют. Баку – восточный город, и молодые парни всегда делали комплименты вслед проходившим девушкам, но иногда были и неприятно навязчивы. На бульваре к нам пристали два азербайджанца, мы старались от них избавиться, но, безуспешно и жалели уже, что не прислушались к предостережениям родителей. Наше положение становилось отчаянным, ведь надо было еще добираться домой темным бакинским вечером. Однако, нас заметили… Неожиданно  к нам подошли два незнакомых молодцеватых курсанта и, как друзья,  обратились: «Вы где гуляете? Мы целый час вас ждем», - и подхватили под руки. Ситуация разрядилась сама собой – мы ушли с курсантами, а  азербайджанцы остались. Весело гуляя, мы познакомились с ребятами, выручившими нас. Это были Валя Абрамов и Валера Шипилов. Курсанты рассказали, что  они участвовали в проведении салюта, пояснили, как из ракетниц производили салют. В дальнейшем, я на таких мероприятиях была постоянно, так как в дни больших праздников курсантов  отпускали в увольнение только после салюта. Ребята проводили нас, мы успели подружиться и понравиться друг другу,  на следующие выходные они назначили нам встречу под часами, недалеко от училища.

Всю неделю, забросив свои занятия, мы обсуждали знакомство с курсантами и ждали новой встречи. Но на встречу пришел  только Валя Абрамов и сказал: «Валера стоит в наряде». Увидев, что я расстроилась, Валентин повел нас к КПП училища и вызвал Валеру. Мы оба были рады и договорились о месте встречи уже на следующие выходные. Так начиналась наша любовь…

Я жила недалеко от училища у подъема в поселок Мусабекова в районе 5-го хлебозавода, но виделись мы редко, общались, в основном, через почту. Валера присылал мне 2-3 письма в неделю, красиво оформленные, в стихотворной форме, чем окончательно покорил меня. Я окончила школу на пятерки и, имея в аттестате, только одну четверку, в институт не поступила. Устроилась работать секретарем – машинисткой.

19 января 1968 года Валера увидел меня на улице, беседующую с одноклассником, и стал мне выговаривать. Я не растерялась: «Откуда я знаю, с какими мыслями ты со мной ходишь? Ты мне не жених и не муж». Он тихо ответил: «Я люблю тебя».  Я решила взять дело в свои руки: «Тогда завтра приноси военный билет, и мы пойдем в ЗАГС». Он сказал: «Военный билет всегда со мной». Родителям я ничего не сказала, но поделилась своим секретом со старшей сестрой и  двоюродной, которая училась в Баку и жила у нас.  20 января Валера пришел в увольнение, как договаривались, и мы поехали во «Дворец Счастья» подавать документы. Бланки были на азербайджанском языке, я переводила, а жених (!) писал. Оттуда мы зашли к моей тете, у нее в это время оказались и родители. Мы объявили им, что подали заявление в ЗАГС. Мама заохала: «Тебе рано выходить замуж, еще старшая сестра не вышла». А мужики обнялись. У Валеры отец погиб, и он моего отца уже называл папой.

Из-за обострения политической обстановки с Китаем, в увольнение курсантов больше не пускали. Регистрация была назначена на 7 февраля. Валера написал рапорт, чтобы его отпустили на сутки, в связи с регистрацией брака, но… ему дали  только 3 часа, видимо, из-за запрета увольнений. Хорошо, что он сообщил вовремя, и свадьбу мы перенесли.

Во Дворце бракосочетания была большая очередь, мы не укладывались в отведенное увольнительной запиской время, и нас расписали…  в коридоре… Жених оставил военный билет, невесту и убежал, торопясь в училище, ведь он был секретарем комсомольской организации, какой пример он покажет своим товарищам, если опоздает из увольнения.  Так что не было у нас волнующего торжественного бракосочетания с речью и маршем Мендельсона. Однако мне выдали документы с печатями о регистрации брака в моем паспорте и его военном билете, а также свидетельство. На другой день я принесла мужу военный билет со штампом - теперь я его жена!

 

 

Но свадьба у нас все-таки была! Гуляли дважды в Баку и на родине мужа - в Урюпинске. На обеих свадьбах были курсанты, в Баку – ребята из взвода, в Урюпинске – курсанты-земляки.  В   Баку гостей приехало много и, хотя у родителей  была трехкомнатная квартира, места не хватило – все улеглись спать вповалку. Для новобрачных свободной комнаты не нашлось…, так что первой брачной ночи в день свадьбы и не было… Утром, видимо расстроенный, муж убежал на тренировку, сказал, что поедет на соревнования, но я его не отпустила. И напрасно -  его поставили в наряд по роте. Так начиналась наша семейная жизнь… 

У моей подруги Лиды с курсантом Валей Абрамовым отношения не сложились, выходит, что встреча  7 ноября 1966 г. оказалась судьбоносной только для нас с Валерой!

Пока мы встречались, мой курсант очень редко бегал ко мне в самоволку, а когда поженились, то – каждый день, пользуясь тем, что входил в сборную училища и имел право свободной спортивной подготовки. Если нужно было срочно быть в училище, прибегал его друг, нештатный посыльный, Ваня Волосович.  Однажды под утро он прокричал: «Тревога, оружие твое забрали», -   и убежал. Муж быстренько побежал вслед за ним… 

Перед выпуском, прибежав в очередную самоволку, муж сказал: «Мне предложили остаться в училище, но мы, комсомольцы 3 взвода, решили ехать в ГСВГ, так как преподаватели говорят, что возможен ввод войск в Чехословакию». Конечно я, которая мало что видела в жизни, поддержала его ехать в ГСВГ.  Перед выездом ребята вместе с капитаном Таргон собрались у нас (мы уже привыкли, что все праздники Валера организовывал в нашей квартире), да, и  вещи друзей, которые надо было везти к месту службы, хранились в нашем доме во время их отпуска. Только теперь я понимаю, какое  терпение было у моей мамы... Муж был старше меня, вырос без отца, детство было тяжелым, послевоенным, поэтому он разбирался в жизни и людях. У него была способность притягивать людей к себе. Уже с первого прихода в нашу семью он стал равноправным членом, что  не скажет, родители с ним соглашались.

В училище я была всего один раз на выпускном вечере.                                                                                  

Муж уехал, я продолжала работать в Баку, а с получением вызова стала оформлять документы на выезд. Валера написал, что попал служить в Цетхайн в/ч 52262 (302 МСП) в 70 км от Дрездена. Полк только что развертывался, а он вместе с однокурсником и другом Иваном Волосовичем  находился в Чехословакии, куда были введены наши войска. Написал адрес Тамары Саковской - жены однокурсника, чтобы вместе ехать в Германию к мужьям. 

Ребята встретили нас станции, не доезжая Дрездена.  Муж привез меня в комнату 2х3 м, где стояла солдатская кровать, тумбочка и кухонный стол, это он взял в прокат в части. Из-за нехватки жилья в военном городке, в поселке Цетхайн для семей молодых офицеров был временно выделен один подъезд в 5-ти этажном немецком доме. Дом был благоустроенным, в нашей квартире одну комнату  занимала я,  в другой комнате жила Лариса Бальчус. Ее муж  находился   в Чехословакии.

На другой день муж тоже  уехал в Чехословакию, оставив меня, 19-летнюю девушку, в чужой стране, в незнакомом немецком поселке Цетхайн, где несколько русских семей жили среди немцев. Не зная, что делать, я расплакалась, вспомнив родителей и Баку.

 

Муж в Чехословакии сентябрь 1968 г под г. Пльзень.    

До 2 ноября там жили почти одни женщины. Поселок Цетхайн был небольшим, аккуратным,  улицы асфальтированы, весь в цветах.  Правда, смущало, что там во время войны находился концлагерь, первое время не могла думать об этом, было жутко…  

В школе я изучала английский язык, а здесь за короткое время быстро освоила разговорный немецкий. Навещали нас, молодых жен,  женщины с женсовета,  они жили в военном городке в 3 км от поселка, успокаивали, чем могли, помогали, в  основном, советами. 

С женами офицеров проводились тренировки по эвакуации. В небольшом чемодане было сложено все, что нужно при срочной эвакуации. Несколько раз с нами проводили занятия по изучению оружия и правилам стрельбы из него, учились стрелять  из пистолета.     

Хорошо, что расставание с любимым было  недолгим. 2 ноября 1968 года, под оркестр, мы встречали своих героев из Чехословакии. Думала, вот теперь будем вместе. Но мужа назначили начальником сборов по подготовке младших лейтенантов, командир полка сказал, что если он их хорошо подготовит к экзаменам за 2 месяца, то его поставят на роту. Муж пропадал день и ночь. Но роту ему не дали, так как был беспартийный, а чтобы получить  партийную рекомендацию, надо, чтобы рекомендуемый имел стаж в партии 5 лет и знал его не менее года…

Валеру, как спортсмена по спортивному ориентированию, назначили нештатным командиром взвода регулирования. А я одна дома, на работу не устроиться, детей нет, не так я себе представляла свою семейную жизнь…

 

ГСВГ. В патруле г. Риза на берегу р. Эльба.    

Опять меня посетил женсовет (возможно, по просьбе мужа), который  возглавляла жена командира 302 полка п/п-ка Мамонтова. Женщины поинтересовались, в чем я нуждаюсь, какие у меня способности и каким видом спорта я увлекалась. С этого дня жизнь для меня стала интересней. Была создана команда по волейболу. Мы успешно выступили на первенстве дивизии и армии. Вечером ходили на хор и часто выступали, так что дни у меня стали проходить интересно, а вечерами… тосковала - мужа рядом нет, родители далеко. Появились подруги – жены молодых лейтенантов: Тамара Саковская, Харсеева (БВОКУ), Вербицкая (ЛВОКУ), Нафикова (ТВОКУ). У мужей была своя жизнь, у нас  потекла своя. Изредка мы с мужьями выезжали в Дрезденскую галерею, ружейную палату, на природу. Видели их редко, удивляясь, когда они спят. Два раза в неделю у них были ночные и дневные стрельбы, то вождение днем и ночью, а мой еще по всей Германии колесил.

В 1969 году немцы  на территории части начали строить для нас дом. Солдаты на стройке обнаружили бочку с запахом спирта и 48 солдат отравились, двое на смерть. Командира полка, замполита с должности сняли. На должность  командира полка пришел п/п-к Шидловский. В 1970 году дом построили и нас из Цетхайна переселили. В трехкомнатной квартире жили три семьи, но так как у нас был уже ребенок, нам дали комнату побольше. Жили в тесноте, но дружно.  Готовили, как и в любой коммуналке, по очереди,  ведь плита на 3 семьи была одна.  Мужья получали значительный продовольственный паек, зарплату 120 рублей и 530 марок, это было хорошо по тем временам.   

  Цетхайн, Слева наверху - дом, в котором мы жили. 

Военный городок размещался на месте бывшего концлагеря. Вокруг были братские могилы военнопленных. Другие семьи жили в домах, где раньше размещалась охрана, был Дом офицеров. Жить в городке стало  как-то спокойнее и интереснее, ездили за покупками в Дрезден,  смотрели кинофильмы, ходили на концерты - в Дом офицеров часто приезжали артисты,  отмечали вместе праздники. В части был лазарет, но мы, гражданские, по необходимости ездили в Дрезден.

 

На пикнике, 1970 г. 

Вербицкие (ЛВОКУ), Нафиковы (ТВОКУ), Шипиловы (БВОКУ). все выпускники 1968 г.     

На мужа опять отправили бумагу на роту, но пришел снова отказ… Он очень переживал, плюнул на все и ударился в спорт. Теперь стал разъезжать  по сборам. То первенство армии, ГСВГ, то Вооруженных Сил, а я опять одна хорошо, что на руках ребенок, весь день в хлопотах. Начальство полка мужем было не довольно, так как он постоянно на сборах, мне подсказывали, что ему нужно бросить спорт. Но в разговоре муж сказал: «Посмотри Витя Харсеев и Толя Вербицкий уже комбаты, а меня на роту не пропускают как беспартийного,  так пусть я буду нужен как спортсмен».  

Мужу предложили в дивизии должность нач. физа полка, но командир полка отговорил его, так как эта должность не перспективная и предложили ехать на роту в Союз... Или вступать в партию, если он хочет получить роту в полку. Муж выбрал место службы Архангельск. Даже не сказав мне, так как я была против преждевременного отъезда, ведь жизнь в Германии не сравнить с жизнью в Союзе, но повышение мужа было важнее.   

Холодильник и телевизор у нас появились на 3-м году,  муж привез из Союза, когда уезжали, оставили соседям в наследство.  

Сборы были недолгими, все вещи поместились в 3-х тонник. И 20 декабря 1972 года мы прибыли на ст. Исакогорка, что в 12 км от Архангельска. Мороз, кое-как с чемоданами и маленьким ребенком добрались до штаба 77 дивизии, который находился в поселке Лесная Речка.  В общежитии все комнаты заняты. Нас, три семьи прибывших из ГСВГ, разместили в комнате отдыха. Часов через 6 наших мужей вызвали в штаб дивизии.  Когда муж вернулся,  то стало известно, что его направили служить в Обозерск  в 120 км от Архангельска.

Прибыли в Обозерск в 23.30, мороз за 30 градусов, темень. Из груди вырвалось: «Куда ты нас привез?».  Хорошо, что встретили.   Детей поместили в кабину, а сами залезли в кузов. Меня, как южного человека, мороз пробирал до костей, да, и муж, видно, отвык от морозов  - у него лопнула кожа на носу и долго болела.

Станция Обозерская в 70-е годы

Ночь провели все в одной комнате, а на следующий день зам. по тыл м-р Золотухин стал предлагать жилье, если его можно было назвать жильем. Разбитые окна, обвалившие потолки и сломанные двери… Более или менее нормальной была угловая комната с одинарными оконными рамами, в ней мы и поселились, топили сутками, но после топки холод тут же возвращался. Муж обошел весь поселок, а свободной комнаты не нашел, тогда он привез дрова, договорился с  пильщиком, который за бутылку их распилил. 

Валера гордился, что его назначили на роту героев, которой во время войны командовал к-н Магерамов, мой земляк. Первое время муж изнывал от безделья, так как в его роте не было людей. Часто был дома, помогал мне, сидел с ребенком, а я бегала по пустым магазинам, их в поселке было три, да еще  магазин на территории части. Картошку, капусту не купить, а о мясе и говорить нечего.

Вскоре после нового года мужа откомандировали на сборы гранатометчиков, и я со всеми проблемами в холодной квартире осталась одна с маленьким ребенком. Печь надо было топить день, и ночь, дрова колоть, воду носить, туалет на морозе. Овощи не купить, местное население зимой не продавало. И здесь пришли из женсовета посмотреть, как мы устроились. Поохали, развели руками и ушли. Правда, посоветовали: «Возьми ребенка и иди к командиру полка п-ку Сарычеву и требуй нормальную комнату!».  Я взяла больного ребенка и пошла в штаб. Ком. полка внимательно выслушал и развел руками.  Я сказала: «Не успели приехать, мужа отправили в командировку, на улице мороз за 30, в комнате холод, хоть сутками топлю, ребенок заболел! Так, что я из Вашего кабинета не уйду». Он вызвал зам. по тыла и сказал: «Где хочешь, но найди им нормальное жилье». Через час пришел м-р Золотухин и сказал, что завтра я могу переселиться в однокомнатную благоустроенную квартиру.

Потихоньку быт налаживался, ребенка оформила в садик и стала искать работу, но как только узнавали, что я жена военного, в работе отказывали. Перед выборами я бесплатно поработала машинисткой в сельсовете, и мне помогли устроиться на работу. Разницу с жизнью в Германии почувствовала сразу - денег не хватало, хорошо, что нашла работу. Видно, нас жизнь учила, и я быстро сходилась с такими же, горемычными, как сама.  Приходилось, дочку оставлять подругам, когда надо было выезжать на лечение. Ребенку сама делала уколы, так как делать было некому. Муж приехал через полтора месяца на все готовое. В мае месяце ему  объявили, что он едет на уборку урожая и должен убыть в дивизию, где формировалась целинная рота. Домой приезжал только на воскресенье, а в начале июня  уехал к месту уборки. Опять я с ребенком осталась одна.

 

Валерий на уборке урожая, 1973 г.

Почти через полгода, в октябре,  Валера вернулся с уборки урожая, и пошла, наконец,  спокойная жизнь. Закупили на зиму овощи и хранили в подвале, в поселке появились знакомые, у кого можно было купить молоко, у кого - мясо.   В 1974 году я родила вторую дочь, ездила рожать в Баку к родителям.

Дочки Женя и Таня

Муж встретил меня хмуро, я спросила, что случилось, он ответил, что снова едет на уборку урожая. Мои походы к командиру полка были бесполезны, и я снова, только уже с двумя детьми, одним из которых был грудничок, осталась на полгода одна.  Осенью нам дали двухкомнатную квартиру. Друзья мужа помогли мне с ремонтом и переездом. Опять муж приехал на все готовое в новую квартиру, да, и ребенок уже подрос.

По возвращению мужа с уборки урожая, его назначили начальником штаба  батальона. Он воспрянул. Пришла награда за уборку урожая. Стал вступать в партию, но кто-то заложил его комбата, который, будучи в наряде, забежал поздравить мужа с днем рождения и выпил рюмку. На комиссии муж сказал, что он не пил, просто поздравил и ушел, но мужа утверждать не стали, а отправили пойти подумать, так как через год он уже на комбата будет старым. Назначали на эту должность тогда до 30 лет. Муж  сдавать командира не стал, но все равно его комбата за пьянку досрочно уволили, а муж спалил себе мосты дальнейшего роста по службе.

Разработали огород и выращивали картошку, муж завел кроликов. Мед. пункт в Обозерске был, но при сильном заболевании надо было ехать на поезде в Плесецк или  Архангельск. Жили дружно, все праздники отмечали в составе полка, хотя полк состоял из 125 солдат и 75 офицеров и прапорщиков. Когда возвели 5-ти этажное здание, то все жили в благоустроенных  домах. Муж был назначен нештатным комендантом гарнизона и, кроме батальонных дел, так как комбаты появлялись на время, занимался гарнизонными делами и гауптвахтой                                                           

Он еще дважды ездил на уборку урожая, привозил оттуда награды, но повышения не дождался. Захандрил и написал рапорт в Афганистан. Как раз в те выходные приехал бывший  НШ полка п/п-к Миляев, который  перешел служить на военную кафедру Архангельского лесотехнического института  начальником учебной части. Он хорошо знал моего мужа и предложил  перевестись преподавателем. Я в то время уже заочно училась в Архангельске. Это была спасательная для меня соломинка, чтобы муж не уехал на войну. Его перевели в АЛТИ, через полгода переехали и мы. Вскоре Валеру отправили на 5-ти месячные высшие офицерские курсы «Выстрел». По приезде он преподавал, заочно учился, занимался детьми и, наконец, я обрела тихое семейное, женское  счастье…

 

Семья Шипиловых в 2015 г.

 

Зинаида и Валерий Шипиловы через 48 лет...

 

20.03.2016 г.

Все права на материалы, используемые на сайте, принадлежат их авторам или администратору (если статья без подписи).  Перепечатка (копирование) материалов в любом виде - только с письменного разрешения.  Для интернет-ресурсов  - без ограничений при обязательном условии: активная ссылка с указанием  наименования сайта и авторства.


Календарь
«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930
Архив записей
Мини-чат
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Фотоальбом
Наше видео
[08.12.2014][Наше видео]
Герои - выпускники БВОКУ (1)
Книга о БВОКУ

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz