width=device-width, initial-scale=1.
Четвертый батальон БВОКУ
Главная | Спасибо подхалиму | Регистрация | Вход
 
Пятница, 28.04.2017, 15:02
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Бакинское ВОКУ
Разное
Форма входа
Категории раздела
Наше видео [10]
Поиск
                   Спасибо  подхалиму за счастливое настоящее

В.В. Рекубрацкий - полковник в отставке

выпускник БВОКУ 1972 года


Всем служившим в армии   известно, что Родина доверяла офицерам и  прапорщикам   послужить за границей  не более 5 лет. Правда, были места на юге Монголии, где этот срок составлял 3 года. Уж больно  климат был там лихой. Все, кто подлежал  замене в пределы Отечества, и кто приезжал из Союза назывались - Заменщиками.

Заменщик Европейский   и  Азиатский друг от друга существенно отличаются (эту фразу так и хочется произнести голосом Николая ДРОЗДОВА ведущего программы «В мире животных»). Первый ожидал замену с некоторым сожалением: покинет он благоустроенную Германию и попадёт  куда-нибудь  в Кяхту Читинской области - плохо. Успокоительной пилюлей для него была мысль: ну что ж, пожил хорошо, теперь поживу как все, буду хорошо служить, ещё раз, может быть, попаду  те края. Азиат, после  5 лет службы и жизни в Монгольских степях, считал (без веских, впрочем,  оснований), что окажется он обязательно где-нибудь в Европейской части СССР, ну, к примеру, в Прибалтике, красота. Замены он ждал как  манны небесной, во сне она ему грезилась, дни считал до замены. Был в полку один офицер, который мог говорить только о замене, вроде как умом даже повредился. О чем бы ни начинал говорить, обязательно переходил на тему замены. Например, инструктирует он караул:

-Товарищи солдаты,  надо  делать то-то и то-то так то-то  и так-то… вот если бы я заменился туда-то, то я бы делал то-то, а не то что я делаю сейчас… и т.д,  и всё о замене.

А от чего такая напряжённость? Родина же сделала всё для нормальной жизни в Монголии. Была создана  вся бытовая инфраструктура от центрального отопления, освещения, канализации до горячей воды. Казалось,  живи и наслаждайся, но по разным причинам так не получалось.  В квартирах холод, воды ни холодной, ни горячей. Если днём электричество ещё подавалось, то вечером, когда включались все электроплиты, нагреватели, освещение в казармах  и прочее, напряжение в сети падало, фидеры горели и сгорали-таки напрочь.   Свою лепту в сложный быт вносили местная живность: мыши, тараканы, клопы,  мухи и даже вши. Эти твари находили жильё советских граждан  предпочтительнее  аборигенского, и    пробирались  на постой  всеми правдами и неправдами. Кушать борщ надо было так: в правой руке ложка, а в левой газета - отбиваться от наседающих мух. Твари эти не то, что хотели отведать советского борща, как утопиться в тарелке и испортить, таким образом, аппетит. Борьба с нечистью носила характер затяжной  войны с переменным успехом. Что характерно, народ не роптал. Тут и элемент сознательности, и Родина компенсировала трудный быт двойным окладом, возможностью почти свободно приобрести кое-какие «дефиситы». Однако на пятом году службы в тех краях уже хотелось только одного: вернуться на Родину, и честно скажу, не от особой к ней любви, а от того, что там бытовых сложностей точно значительно меньше и климат там-то среднерусский: сиречь мягкий. Воистину верно: хорошо там, где нас нет. В этом мне ещё только предстояло убедиться на собственном опыте.

         Шёл 1979 год, пятый год службы в Монголии. Теперь и я заменщик. Моё желание продолжить службу в ПрикВО после замены,  вроде бы было удовлетворено, оставалось ждать и надеяться. Наступил момент, когда все заменщики уехали и  туда, куда и желали. Остался один я. Вот уже и ноябрь, а ясности относительно замены как не было, так   нет. На строевом смотре 1 декабря 1979 года, посвящённом началу учебного года, пришлось нарушить традицию, что жалоб и заявлений нет. Есть заявление-вопрос: «Когда будет мне замена?». Гром грянул, сверкнули молнии: «А  почему  этот капитан ещё тут, а не в Союзе?»  Вскоре выяснилось, что меня в списки заменщиков не включили по чьему-то недосмотру, а посему замена будет, но в следующем году. По результатам разбирательства факта бездушного отношения к людям многим штабным клеркам крепко дали по шапке. Больше всего досталось полковому кадровику и начальнику штаба полка, как его непосредственному начальнику.   Мне как бы были принесены извинения с обещанием замены в первую очередь и почему-то именно в Калинин Московской области. От таких речей зимнее солнце стало светить ярче, мороз ослаб, в ушах зазвучала прекрасная музыка, нос уловил запахи соснового леса, во рту разлился вкус халявы.  Позитив в организме усилился ещё и от того, что  предстояло убыть в отпуск за 1979 год. Сборы были быстрыми и радостными. Радость улетучилась на границе, когда сержант пограничник, заглянув в заграничный паспорт, поинтересовался:

- А Вы возвращаться будете? У Вас паспорта заканчиваются через три дня! Военнослужащий отправлялся за границу на пять лет, и паспорт ему выписывался на этот же срок. Закончилась командировка и паспорт Вам ни к чему. Сознание быстро нарисовало картинку: вернуться после отпуска в родной полк не получиться,  прощай  Калинин.  Тут я сообразил, что это своеобразная месть со стороны штабных поэтов. Проблем у них теперь нет, всех заменили. Вот она цена ротозейства.

Самое верное, было бы тут же, высадится из поезда и вернуться назад, срок действия паспорта позволял, но не позволяли обстоятельства. Обратный поезд нужно ждать сутки, а на приграничной станции нет ничего кроме самой станции. Один бы я так и сделал, но с женой и детьми - это было невозможно, на дворе стоял суровый забайкальский  январь. После продолжительных размышлений, благо времени было много, поезд стоял на границе шесть часов, было решено ехать в Читу. В столице Забайкалья проживала сестра жены, остановимся, как и планировали у неё, а я  попытаюсь продлить заграничный паспорт. Мне казалось, что отзывчивые работники кадров только и ждут меня дожидаются… эх, как же я заблуждался. Управление кадров ЗабВО располагалось отдельно от других управлений округа на ул. Ленина 100, такая обособленность помогла довольно быстро попасть к начальнику всех забайкальских заграничных паспортов.

Как только я вошел в кабинет, стало ясно: можно уже и выходить. За столом монументально восседал чинуша, которых часто пародировал Райкин. Тиран для подчинённых, подхалим для старших начальников. По всему было видно, что тов. п/п-к вчера что-то праздновал и решение сегодня чужих проблем для него, как в прочем и всегда - в его планы не входит. Выслушав меня, штабной через силу изрёк:

- Начальниками штабов батальонов округ укомплектован на 90%, вакантны должности в Шерловой Горе, Мирной, Гусиноозёрске и прочая малые и ещё более малые населённый пункты. Спокойно езжайте в отпуск, без работы не оставим!
Самое глупое, что можно было сказать в этой ситуации, я и изрёк:

- В Чойбалсане  остались все мои вещи!

- Ничего мы дадим команду, все соберут и отправят к Вашему новому месту службы. Идите!

Представил себе, как будет происходить  действо по сбору домашних вещей… Солнце светить перестало, мороз усилился, запахло серой. Это ж надо так влипнуть! Вопрос, что теперь делать не стоял, но делать это было несколько неприятно. В моём батальоне  служил ст.лейтенант И.Д., который был сыном одного очень большого политработника окружного масштаба. В отпуск с И. мы убыли с разрывом в пару дней, и  он дал мне свой читинский телефон, настойчиво приглашая к себе в гости. Конечно, я  понимал, что это  знак определённого уважения и вежливости со стороны И. и никогда не стал  бы злоупотреблять его временем и  тем более возможностями родителей. Но в то время ситуация казалась мне ужасно несправедливой, и я позвонил. На телефонный звонок ответила мама моего сослуживца и сообщила, что сына дома нет, и его долго не будет.  Последняя надежда рушилась. Неожиданно мама И. с напором спросила:

- А что Вы хотели? Говорите мне, я уполномочена решать все проблемы!

Вот так дела! Надежда снова затеплилась.  Набрался я  то ли храбрости, то ли наглости и вкратце изложил ей свою беду.

- Вы где находитесь?

- У телефонных будок напротив управления кадров на Ленина 100.

- Будьте там, к Вам выйдут!

Не прошло и пяти минут как из дверей управления, как пробка из бутылки, выскочил мой п/п-к. От жаркой батареи в кабинете он отстрелился так спешно, что,  несмотря на рождественские морозы,  даже китель не надел и не покрыл шапкой лысую голову. На лице сама благожелательность, предупредительность, этакий Санта Клаус в погонах, но в глазах тревога. Руки дрожат то ли с бодуна, то ли с перепугу. Чем же его генеральша так пугнула?

- Василий Васильевич! Ну что же Вы сразу не сказали!?  Василий Васильевич! Ну что же Вы сразу не сказали!? - Многократно и истерично повторял он свой вопрос адресованный то ли мне, то ли в пространство.

Подумалось, а чего я ему не сказал? Даже о домашних вещах, непосильным трудом нажитых и то рассказал!?

- Давайте паспорта! Фотографий нет? Не беда! Быстренько фотографируйтесь. Паспорта завтра в 13.00 будут готовы.

 В общем, съездили мы в отпуск. Вернулся. Было видно, что  возвращению моему  отдельные штабные деятели рады не были. Для них я - проблема. Послужил ещё полгода и, наконец, убыл к новому месту службы по замене.    Проскочил мимо Калинина, строго на север и чуть наискосок почти на 1000 км.    В самом центре Архангельской области, оказывается, существовал  пгт. Обозерский, вот в нем я обрёл новое место службы.  Описывать царящий там бытовой ужас нужно в отдельной «опере» и то,  наверное, не получиться, но служить здесь оказалось легко и просто. Служба, что называется, пошла как по маслу.

Спустя много лет после описываемого случая с паспортом, на каком-то мероприятии в штабе округа, подошёл ко мне офицер и спросил:

- Вы служили в Монголии, у вас был эпизод с просроченным паспортом??

Мой собеседник в то время служил в управлении кадров округа и был свидетелем замены злосчастных паспортов. Тот п/п-к относился, по мнению политорганов, к той категории военнослужащих, которые позорят светлый образ советского кадровика. Звонок политгенеральши привёл моего п/п-ка в крайнюю степень активности. Он,  наверное, думал, что ему  услужливость зачтётся, тем более что мама И. сообщила: нужно помочь родственнику. Вот истиной она не покривила, не сказала, что я её родственник, а просто родственник - так это чистая правда, все мы чья-то   родня. Подхалиму в  минуты  получения поручений сверху не до анализа, он слышит только то, что хочет услышать и готов служить! Вот оказывается, почему он всё время вопрошал:

- Василий Васильевич! Ну что же Вы сразу не сказали!? 

Оказывается, надо было пинком ноги открыть дверь в его кабинет и сообщить, что я родственник такого-то и мне срочно нужен паспорт и  что-нибудь ещё. Подать это сюда… А что, в данном случае, пожалуй, это и сработало бы?

 Через пару дней после блестяще выполненного поручения п/п-к сообразил, что необходимо не только начальство знать в лицо, но и всех родственников начальства. Стал наводить справки и  навёл.  Стало ему очень обидно за потраченную энергию.  В отместку за доставленное мной  беспокойство  решил он меня «отблагодарить», помочь в  замене в «хорошее» место, все возможности у него имелись. Вот благодаря его мстительности и попал я служить в Архангельскую область пгт. Обозерский, а не в нынешнюю Тверь. И большое ему спасибо за это. Попади я не в Обозерский, как бы ещё пошла служба?? Это ещё тот   вопрос. А так как она пошла и закончилась в 1994 году под не жарким северным солнцем и грех лучшего желать. Кстати уже 19 лет на гражданке и до сих пор  не жалуюсь. Полный респект тому подхалиму, ба-альшое ему пребольшое спасибо за заботу.

Следующий рассказ "Толковый хлопец"

Рейтинг@Mail.ru

Календарь
«  Апрель 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Архив записей
Мини-чат
Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0
Фотоальбом
Наше видео
[28.09.2014][Наше видео]
Документальный фильм о БВОКУ 1974 г. (2)
Книга о БВОКУ

Copyright MyCorp © 2017Создать бесплатный сайт с uCoz